«В 32 года иметь такой детский характер»: Жестокая цитата Лермонтова, которая взорвала бы соцсети сегодня

Представьте, что этот пост опубликовал в своем блоге молодой поэт-звезда: откровенное, язвительное мнение о женщине, перешагнувшей тридцатилетний рубеж. Хейта и обвинений в токсичности было бы не избежать. Автор этих строк — Михаил Лермонтов. Его приватное письмо, написанное почти два века назад, шокирует даже по меркам XIX века и заставляет задуматься о вечных двойных стандартах.

Контекст: Доверительная беседа с кузиной

Весной 1835 года 21-летний Лермонтов пишет из Петербурга в Моску своей кузине и доверенному лицу — Александре Михайловне Верещагиной. Их переписка — это пространство для самых откровенных мыслей, своеобразный аналог современных закрытых чатов, где можно было не церемониться в выражениях. Именно здесь, в атмосфере полного доверия, он и высказался о своей знакомой, Марии Углицкой, с беспощадной прямотой.

Цитата, которая режет слух

Судите сами, насколько резко звучат эти строки для любой эпохи:

«Что поистине смешно, так это ее желание во что бы то ни стало выказать себя несчастною, чтобы вызвать общее сочувствие, а между тем я уверен, нет в мире женщины, которая была бы менее ее достойна сожаления. В 32 года иметь такой детский характер и воображать, что можешь возбуждать страсти!.. и после этого жаловаться?»

Здесь Лермонтов не просто иронизирует. Он выносит суровый вердикт: в 32 года женщина, по его мнению, не имеет права на капризы, поиск сочувствия и тем более — на кокетство. Ее поведение он воспринимает как неуместную игру, достойную лишь насмешки.

Кто стала объектом критики и почему это важно

Мария Углицкая, племянница бабушки Лермонтова, была яркой и эмоциональной женщиной, стремившейся быть в центре внимания. После смерти мужа она одна воспитывала дочерей. Ее «живой характер», который отмечали современники, и стал мишенью для язвительного поэта.

Этот эпизод ценен не как исторический курьез, а как яркое проявление духа времени. В XIX веке тридцатилетняя женщина часто считалась стоящей на пороге «осеннего» возраста, и ее эмоциональность легко могли счесть «несолидной».

Почему эти слова актуальны сегодня?

Спор о возрасте. Сегодня 32 года считаются временем расцвета, а не зрелости, предвещающей «старость». Цитата Лермонтова — повод вновь задуматься, почему общество все еще пытается диктовать женщинам, как им «положено» себя вести в том или ином возрасте.

Вопрос двойных стандартов. Молодой 21-летний мужчина позволяет себе осуждать 32-летнюю женщину за ее характер и эмоции. Узнаваемый сюжет, не правда ли?

Живой Лермонтов. Эта цитата — напоминание, что великие писатели были живыми людьми со своими предрассудками, страстями и не всегда приглядными мнениями. Она не отменяет гениальности поэта, но делает его образ более объемным и человечным.

Эта жесткая фраза — не просто исторический артефакт. Это повод для дискуссии, которая, кажется, никогда не потеряет актуальности: кто и по какому праву определяет, что «прилично» женщине в ее 30, 40 или 50 лет?

Источник: sport24.ru